Чтобы голову предатель никогда не поднял!
Apr. 19th, 2016 12:07 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nibeljmiesЯлмари Виртанен
Песня карела
Пел карел о жизни старой,
Горьких днях карела,
Болью сердца, черным горем
Кантеле звенела...
Рдели утренние звезды,
Пел топор до ночи,
Снова звезды загорались –
День еще не кончен.
Пни и камни поднимал он,
Валуны ворочал,
Чтобы выкорчевать поле
С носовой платочек.
При лучине сеть вязал он,
Засыпал голодный.
Много ль времени осталось
Для жены, на отдых.
Под законченною балкой
Жил с семьей, покуда
От труда, забот, лишений
Поседели кудри.
Пел карел. Из чащи сердца
Выливалось слово
И звенели, плача, струны
Кантеле еловой.
Пел о том, как поп, чиновник,
Становой соседний
Шли в убогую лачугу,
Унося последнее.
Как, огнем врага сметенный,
Вспыхнул дом карела,
И как ненависть большая
В сердце загорелась.
И тогда, надев винтовку,
Встал карел на лыжи,
Встал под Серп и Молот, чтобы
Умереть иль выжить.
Пел карел. Из чащи сердца
Выливалось слово,
И гудели гневом струны
Кантеле еловой...
Бодрый труженник, строитель,
Он взглянул смелее.
Он – хозяин у машины,
Рубит лес и сеет.
Нам, любому из ничтожных,
Целый мир открыли.
Я зову: такой отчизне
Отдадим все силы.
Где бы враг не притаился,
Бей его сегодня,
Чтобы голову предатель
Никогда не поднял!
Мы идем широким шагом,
Мы сильнее стали.
Потому, что наше знамя
Это – Ленин, Сталин.
Пел карел о днях счастливых,
Пел о жизни новой,
И звенели, пели струны
Кантеле еловой.
Karielan toži №3, 1 августа 1937 г.
//
Аффтару оставалось ходить на воле около полугода, а жить около полутора лет. "Мы идем широким шагом", да. Казалось бы и хрен с ним – с чухляндцем с этим, а всё-ж таки жалко :( .
Вообще, конечно, вопрос – нахрена было это печатать в газете верхневолжских карелов, "кантеле" какое-то, мы такого в глаза не видали и слова такого не знаем, всё как-то больше под гармошку. У меня есть параноидальная гипотеза об том как это объяснить, но я ее покамест еще обдумываю.
Об сложных взаимоотношениях моего деда с лыжами, винтовкой и защитой отчизны как-нибудь потом расскажу.
И вот еще чё подумалось – то при проклятом царском режиме карел сидел при лучине сеть вязал, а щас при лампочке Ильича в мировой сети. Progressa, onnako.
Песня карела
Пел карел о жизни старой,
Горьких днях карела,
Болью сердца, черным горем
Кантеле звенела...
Рдели утренние звезды,
Пел топор до ночи,
Снова звезды загорались –
День еще не кончен.
Пни и камни поднимал он,
Валуны ворочал,
Чтобы выкорчевать поле
С носовой платочек.
При лучине сеть вязал он,
Засыпал голодный.
Много ль времени осталось
Для жены, на отдых.
Под законченною балкой
Жил с семьей, покуда
От труда, забот, лишений
Поседели кудри.
Пел карел. Из чащи сердца
Выливалось слово
И звенели, плача, струны
Кантеле еловой.
Пел о том, как поп, чиновник,
Становой соседний
Шли в убогую лачугу,
Унося последнее.
Как, огнем врага сметенный,
Вспыхнул дом карела,
И как ненависть большая
В сердце загорелась.
И тогда, надев винтовку,
Встал карел на лыжи,
Встал под Серп и Молот, чтобы
Умереть иль выжить.
Пел карел. Из чащи сердца
Выливалось слово,
И гудели гневом струны
Кантеле еловой...
Бодрый труженник, строитель,
Он взглянул смелее.
Он – хозяин у машины,
Рубит лес и сеет.
Нам, любому из ничтожных,
Целый мир открыли.
Я зову: такой отчизне
Отдадим все силы.
Где бы враг не притаился,
Бей его сегодня,
Чтобы голову предатель
Никогда не поднял!
Мы идем широким шагом,
Мы сильнее стали.
Потому, что наше знамя
Это – Ленин, Сталин.
Пел карел о днях счастливых,
Пел о жизни новой,
И звенели, пели струны
Кантеле еловой.
Karielan toži №3, 1 августа 1937 г.
//
Аффтару оставалось ходить на воле около полугода, а жить около полутора лет. "Мы идем широким шагом", да. Казалось бы и хрен с ним – с чухляндцем с этим, а всё-ж таки жалко :( .
Вообще, конечно, вопрос – нахрена было это печатать в газете верхневолжских карелов, "кантеле" какое-то, мы такого в глаза не видали и слова такого не знаем, всё как-то больше под гармошку. У меня есть параноидальная гипотеза об том как это объяснить, но я ее покамест еще обдумываю.
Об сложных взаимоотношениях моего деда с лыжами, винтовкой и защитой отчизны как-нибудь потом расскажу.
И вот еще чё подумалось – то при проклятом царском режиме карел сидел при лучине сеть вязал, а щас при лампочке Ильича в мировой сети. Progressa, onnako.
