Ночи и туманы
Jul. 1st, 2017 09:31 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
nibeljmiesВот, короче, марширует под славную геройскую песню славная миланская геройская черная бригада под овеянным славой геройским знаменем со славным геройским именем Альдо Резега, ну и вообще все так славно и геройски:
Это из фильма итальянского (it.wikipedia.org/wiki/Notti_e_nebbie) по итальянской книге (it.wikipedia.org/wiki/Notti_e_nebbie_(romanzo)). Там не про этих героических бойцов, которые маршируют, там главгерой другой боец. Невидимого фронта. В шляпе который и с газетой в кармане плаща. Который корочки показывает полицейскому, когда улицу переходит. Вот и сразу геройский подвиг совершает, потому что ему всегда есть место в жизни настоящего борца (мотать на 1:30 сразу, а у кого к по-настоящему геройским песням вдруг идиосинкразия, тот может и звук вырубить, хотя для атмосферности имхо оно в самый раз). Ну это конечно так, мелочи, чисто для предварительного ввода зрителей в геройский художественный образ персонажа. Когда без лишних свидетелей, он там по ходу разворачивает геройство в полный рост, скромный потому что. А это так, для разгона.
Фильма целиком не нашел нигде, книжку у нас похоже не издавали, удалось найти по этому поводу на русском только вот что:
... в 1975 году известный прозаик Карло Кастелланета выпустил интересный роман «Ночи и туманы», в котором хотел дать образ «идейного фашиста». Действие происходит в Милане, и последний период «Сало», и герой романа, комиссар политической полиции, человек интеллигентный и умный, видит, что режим идет к гибели. Единственной возможностью предотвратить крах — а вдруг удастся! — ему представляются беспощадная расправа с партизанами и их семьями, насилие, кровь. Как и роман Камона «Запад», роман «Ночи и туманы» — идеологический, и политическое кредо комиссара выражено четко: «Нам приходится иметь дело с людьми, лишенными всякого энтузиазма, думающими лишь о том, чтобы не скомпрометировать себя применением слишком суровых мер. Нижестоящие повинуются скорее по привычке, нежели из подлинного чувства дисциплины, и все более разочаровываются, видя дурной пример многих, занимающих командные посты».
Внутренний монолог продолжается: «И я спрашиваю себя, как мог этот народ двадцать лет быть таким организованным и спокойным и никогда не задавать вопросов: куда мы идем? Ведь фашизм сотворил настоящее чудо: он превратил миллионы рабов во всеми уважаемых вольноотпущенников. Но тоска по рабству так глубоко коренится в человеке, что он невольно оплакивает свое теперешнее положение, которое многим кажется злосчастным, но на самом деле является естественным следствием естественного неравенства. Коммунизм — что бунт против бога, это стремление уничтожить созданные богом различия, на которых всегда держался мир, это богохульство. Мы думали, что оно вырвано с корнем, а сегодня оно опять вылезает откуда-то, смертоносное как рак. Иногда меня восхищает, а иногда ужаснет стоящая передо мной задача: действовать, вмешиваться, беспощадно резать хирургическим ножом это тело везде, где может возникнуть гангрена. Вокруг нас растет ненависть, преступная круговая порука молчания, предательство, против которых нет других средств, кроме насилия и террора»7.
В одном из интервью на вопрос о том, как родилась идея романа, Кастелланета ответил: «Из анализа повседневной действительности», и пояснил, что итальянская демократия находится под постоянной угрозой, что в политической, экономической, культурной жизни страны продолжают играть большую роль бывшие фашисты, укрывшиеся под маской внешней респектабельности. Первоначально писатель хотел сделать героем романа неофашиста, но передумал, так как теперешние молодые фашисты «малоинтеллигентны, лишены индивидуальности и не обладают никакими идеями». Они лишь пешки в руках людей другого поколения, деятелей «Сало», которые используют неофашистов как маневренную силу.
Роман кончается тем, что победившие партизаны арестовывают комиссара полиции. Разумеется, он военный преступник, но одна из его любовниц пускает в ход свои связи с английскими офицерами, и остается неясным, что ждет «идейного фашиста»: расстрел или освобождение. По этому поводу автор сказал: «Как писатель, я хотел, чтобы читатели сами придумывали конец романа. Как журналист, я сделал бы постскриптум: «В настоящее время протагонист возглавляет крупное государственное предприятие». Горькая и честная фраза.
7. Carlo Castellaneta. Notti е nebbie. Milano, 1975, p. 74—75
Отсюда: Ц. И. Кин, Итальянские мозаики. Ультракрасные и ультрачерные
Ну это в книжке так. А в фильме, если верить вике, его там тупо пристрелили. Или не тупо, а особо изощренно (я итальянского не знаю, а поскольку вообще итальянщиной по жизни мало интересуюсь - то и с гугль-переводчиком хреново въезжаю в общий смысл и очень даже может быть что въезжаю неправильно), но так или иначе труп. А по книжке он очень даже рассчитывал что в последующей борьбе с камуняками пригодится как противовес, так что большого срока не дадут, а может и сразу выпустят, потому что полицейский и типа полицейскую работу выполнял, какой спрос типа с меня, да, а его в фильме взяли и сразу пристрелили без всяких судов и следствиев. Мне это еще про другой фильм напомнило, нидерландский, "Зима во время войны", там один такой (он в гестапо стучал отчаяннейшим образом и тоже из идейнейших соображений) тоже в 45-м весь такой из себя "вот придут Советы - поймете что я прав, еще помощи попросите" и пошел такой гордый геройский и несгибаемый, а ему раз так "пиф-паф" и собаке собачья смерть (прошу прощения у четвероногих друзей человека, просто выражение такое). В книжке немного не так было тоже, но видать у кинематографа свои законы, вот и у итальянцев тоже так. Это правильно, я считаю.
Это из фильма итальянского (it.wikipedia.org/wiki/Notti_e_nebbie) по итальянской книге (it.wikipedia.org/wiki/Notti_e_nebbie_(romanzo)). Там не про этих героических бойцов, которые маршируют, там главгерой другой боец. Невидимого фронта. В шляпе который и с газетой в кармане плаща. Который корочки показывает полицейскому, когда улицу переходит. Вот и сразу геройский подвиг совершает, потому что ему всегда есть место в жизни настоящего борца (мотать на 1:30 сразу, а у кого к по-настоящему геройским песням вдруг идиосинкразия, тот может и звук вырубить, хотя для атмосферности имхо оно в самый раз). Ну это конечно так, мелочи, чисто для предварительного ввода зрителей в геройский художественный образ персонажа. Когда без лишних свидетелей, он там по ходу разворачивает геройство в полный рост, скромный потому что. А это так, для разгона.
Фильма целиком не нашел нигде, книжку у нас похоже не издавали, удалось найти по этому поводу на русском только вот что:
... в 1975 году известный прозаик Карло Кастелланета выпустил интересный роман «Ночи и туманы», в котором хотел дать образ «идейного фашиста». Действие происходит в Милане, и последний период «Сало», и герой романа, комиссар политической полиции, человек интеллигентный и умный, видит, что режим идет к гибели. Единственной возможностью предотвратить крах — а вдруг удастся! — ему представляются беспощадная расправа с партизанами и их семьями, насилие, кровь. Как и роман Камона «Запад», роман «Ночи и туманы» — идеологический, и политическое кредо комиссара выражено четко: «Нам приходится иметь дело с людьми, лишенными всякого энтузиазма, думающими лишь о том, чтобы не скомпрометировать себя применением слишком суровых мер. Нижестоящие повинуются скорее по привычке, нежели из подлинного чувства дисциплины, и все более разочаровываются, видя дурной пример многих, занимающих командные посты».
Внутренний монолог продолжается: «И я спрашиваю себя, как мог этот народ двадцать лет быть таким организованным и спокойным и никогда не задавать вопросов: куда мы идем? Ведь фашизм сотворил настоящее чудо: он превратил миллионы рабов во всеми уважаемых вольноотпущенников. Но тоска по рабству так глубоко коренится в человеке, что он невольно оплакивает свое теперешнее положение, которое многим кажется злосчастным, но на самом деле является естественным следствием естественного неравенства. Коммунизм — что бунт против бога, это стремление уничтожить созданные богом различия, на которых всегда держался мир, это богохульство. Мы думали, что оно вырвано с корнем, а сегодня оно опять вылезает откуда-то, смертоносное как рак. Иногда меня восхищает, а иногда ужаснет стоящая передо мной задача: действовать, вмешиваться, беспощадно резать хирургическим ножом это тело везде, где может возникнуть гангрена. Вокруг нас растет ненависть, преступная круговая порука молчания, предательство, против которых нет других средств, кроме насилия и террора»7.
В одном из интервью на вопрос о том, как родилась идея романа, Кастелланета ответил: «Из анализа повседневной действительности», и пояснил, что итальянская демократия находится под постоянной угрозой, что в политической, экономической, культурной жизни страны продолжают играть большую роль бывшие фашисты, укрывшиеся под маской внешней респектабельности. Первоначально писатель хотел сделать героем романа неофашиста, но передумал, так как теперешние молодые фашисты «малоинтеллигентны, лишены индивидуальности и не обладают никакими идеями». Они лишь пешки в руках людей другого поколения, деятелей «Сало», которые используют неофашистов как маневренную силу.
Роман кончается тем, что победившие партизаны арестовывают комиссара полиции. Разумеется, он военный преступник, но одна из его любовниц пускает в ход свои связи с английскими офицерами, и остается неясным, что ждет «идейного фашиста»: расстрел или освобождение. По этому поводу автор сказал: «Как писатель, я хотел, чтобы читатели сами придумывали конец романа. Как журналист, я сделал бы постскриптум: «В настоящее время протагонист возглавляет крупное государственное предприятие». Горькая и честная фраза.
7. Carlo Castellaneta. Notti е nebbie. Milano, 1975, p. 74—75
Отсюда: Ц. И. Кин, Итальянские мозаики. Ультракрасные и ультрачерные
Ну это в книжке так. А в фильме, если верить вике, его там тупо пристрелили. Или не тупо, а особо изощренно (я итальянского не знаю, а поскольку вообще итальянщиной по жизни мало интересуюсь - то и с гугль-переводчиком хреново въезжаю в общий смысл и очень даже может быть что въезжаю неправильно), но так или иначе труп. А по книжке он очень даже рассчитывал что в последующей борьбе с камуняками пригодится как противовес, так что большого срока не дадут, а может и сразу выпустят, потому что полицейский и типа полицейскую работу выполнял, какой спрос типа с меня, да, а его в фильме взяли и сразу пристрелили без всяких судов и следствиев. Мне это еще про другой фильм напомнило, нидерландский, "Зима во время войны", там один такой (он в гестапо стучал отчаяннейшим образом и тоже из идейнейших соображений) тоже в 45-м весь такой из себя "вот придут Советы - поймете что я прав, еще помощи попросите" и пошел такой гордый геройский и несгибаемый, а ему раз так "пиф-паф" и собаке собачья смерть (прошу прощения у четвероногих друзей человека, просто выражение такое). В книжке немного не так было тоже, но видать у кинематографа свои законы, вот и у итальянцев тоже так. Это правильно, я считаю.
